Воскресенье, 26 Май 2013 00:00

Понятия "вина" и "виновность" в нормах УК и УПК РФ

  • Автор(ы): Бытко Юрий Ильич
  • Информация об авторе(ах): Заслуженный юрист РФ, доктор юридических наук, профессор, кафедра уголовного и уголовно-исполнительного права СГАП.
  • Информация о публикации: Бытко Ю.И. Понятия "вина" и "виновность" в нормах УК и УПК РФ // Известия вузов. Правоведение. 2011. N 2. С. 71 - 74.

Сравнительный анализ норм УК РФ (далее - УК) и УПК РФ (далее - УПК), регламентирующих процедуру назначения наказания судом присяжных, убеждает в том, что вина в УПК понимается иначе, чем в УК. Известно, что ни в УК, ни в УПК понятие вины не определяется, хотя относится к числу фундаментальных понятий уголовного и уголовно-процессуального права.

Из содержания ст. ст. 24 - 27 УК можно сделать однозначный вывод: действующий УК РФ исповедует психологическую концепцию вины, в соответствии с которой вина исчерпывается двумя формами - умыслом и неосторожностью.
В рамках первой из этих форм УК различает два вида умысла - прямой и косвенный (ст. 25), в рамках второй - два вида неосторожности - легкомыслие и небрежность (ст. 26).
Статья 27 УК называет еще одну форму вины - двойную, когда виновный, умышленно совершая общественно опасное деяние, к его последствиям относится неосторожно. Однако такое сочетание умысла и неосторожности в одном преступлении самостоятельной формой вины можно считать с оговорками, поскольку ее, во-первых, формирует сочетание все тех же умысла и неосторожности, во-вторых, в целом такое преступление признается умышленным.
При этом ни в уголовно-правовой теории, ни в уголовном законодательстве вина не рассматривается в качестве основания уголовной ответственности. В соответствии со ст. 8 УК таким основанием является деяние, содержащее все признаки состава преступления, предусмотренного Кодексом. Проще говоря, основанием уголовной ответственности является состав определенного преступления.
Общепринято, что состав преступления - это совокупность объективных и субъективных признаков, которые в соответствии с законом характеризуют деяние как преступление. Вина выступает одним из элементов субъективной стороны - одного из элементов состава преступления. Для теоретиков, исповедующих психологическую концепцию вины, приведенные положения являются аксиоматичными <1>.
--------------------------------
<1> Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. М., 1999. С. 59; Наумов А.В. Российское уголовное право: В 3 т. 4-е изд. М., 2008. Т. 1. Общая часть. С. 293; Трайнин А.Н. Общее учение о составе преступления. М., 1957. С. 59 - 60; Уголовное право России: В 2 т. / Под ред. А.Н. Игнатова, Ю.А. Красикова. 2-е изд. М., 2008. С. 113; Уголовное право России. Общая часть / Под ред. А.И. Рарога. М., 2009. С. 71.

Здесь важно обратить внимание на то, что и УПК основанием уголовной ответственности также называет состав преступления. В частности, в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 24 Кодекса уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное подлежит прекращению в связи с отсутствием в деянии состава преступления (прекращение уголовного дела влечет за собой одновременно прекращение уголовного преследования - ч. 3 ст. 24 УПК). И в ч. 2 ст. 302 УПК сказано, что оправдательный приговор постановляется в случае отсутствия в деянии подсудимого состава преступления.
Между тем понятие состава преступления в УПК, как и в УК, не определяется. Выяснить, какое содержание вкладывает законодатель в это словосочетание в УПК, невозможно. С определенностью можно утверждать лишь то, что здесь состав преступления, как и его соотношение с виной, понимается иначе, чем в УК. Об этом свидетельствует следующее. В ч. 1 ст. 299 УПК в числе вопросов, разрешаемых судом при постановлении приговора, отсутствует вопрос о наличии или отсутствии в деянии подсудимого состава преступления. Пункт 4 части 1 этой статьи требует ответа на вопрос: виновен ли подсудимый в совершении этого преступления, а п. 3 - является ли совершенное деяние преступлением и какими пунктом, частью, статьей УК оно предусмотрено. По существу в п. 3 речь идет о квалификации преступления, которая, как известно, осуществляется в рамках состава преступления. В то же время постановка вопроса о виновности в уголовно-правовом значении этого слова корректна только в контексте состава преступления как обязательной юридической конструкции, созданной исключительно для целей описания и квалификации преступлений.
Таким образом, очевидно, что в нормах УПК, регламентирующих деятельность суда присяжных, законодатель вынес вину за рамки состава преступления и по существу, вопреки положениям ст. 8 УК, признал вину, а не состав преступления основанием уголовной ответственности. Дело в том, что в соответствии с ч. ч. 1 и 2 ст. 348 УПК оправдательный и обвинительный вердикты коллегии присяжных обязательны для председательствующего и влекут за собой постановление им в первом случае оправдательного приговора, во втором - обвинительного. Исключение составляют случаи, когда при обвинительном вердикте присяжных председательствующий признает, что деяние не содержит признаков преступления, не установлено событие преступления, не доказано участие подсудимого в совершении преступления (ч. 5 ст. 348 УПК). Но и тогда он не вправе аннулировать обвинительный вердикт, а обязан вынести постановление о роспуске коллегии присяжных и направлении дела на новое рассмотрение иным составом суда со стадии предварительного слушания (ч. 5 ст. 348 УПК).
Очевидно, что в УПК законодатель отходит от психологической концепции вины. Об этом свидетельствует и следующее. Во-первых, в соответствии с ч. 2 ст. 302 УПК оправдательный приговор постановляется в случае, если в деянии подсудимого отсутствует состав преступления. Оправдание по данному основанию, как и по другим названным в ч. 2 ст. 302 УПК, означает признание его невиновным. Иными словами, в соответствии с положениями УПК, если в деянии подсудимого отсутствует состав преступления, он должен быть признан невиновным и освобожден от уголовной ответственности. Между тем в соответствии с положениями УК все обстоит наоборот: отсутствие вины субъекта влечет за собой признание отсутствия в его деянии состава преступления и в связи с этим - освобождение его от уголовной ответственности.
Во-вторых, исповедуя психологическую концепцию вины, УК вопрос о вине формализовал до предела посредством сведения ее к двум четким формам - к умыслу и неосторожности (ст. ст. 24 - 27). Причем ни одна из статей Кодекса не дает основания для вывода о том, что вина субъекта в совершенном преступлении может быть большей или меньшей <2>. Иными могут быть не ее величина, размер, а форма.
--------------------------------
<2> Сторонником мнения о том, что вина имеет масштаб, что она может быть большей или меньшей, является В.В. Мальцев (см.: Мальцев В.В. Наказание и проблемы его назначения в уголовном праве. Волгоград, 2007. С. 182).

Содержание санкций норм Особенной части УК позволяет говорить лишь о том, что в ряду названных форм вины более опасной является умышленная, поскольку за умышленные преступления предусмотрены более строгие наказания. Однако некорректно было бы утверждать, что в рамках одной и той же формы вины один субъект более, а другой менее виновен, поскольку законодатель для этого не дает никаких оснований.
Таким образом, действующий УК использует для обозначения определенных явлений понятия, исключающие масштабность, возможность варьирования величиной определяемых явлений. К таковым относятся, в частности, понятия справедливости, гуманизма, основания уголовной ответственности, вины и др.
Это означает, что вина или наличествует, или отсутствует, но она не может быть меньшей или большей. Законодатель, прибегая к такой формализации, стремится свести к минимуму субъективизм судей при решении самого главного вопроса - о виновности или невиновности субъекта. В соответствии с положениями УК уместно говорить не о большей или меньшей вине или степени виновности, а о более опасной (умысел) и менее опасной (неосторожность) форме вины.
Между тем в ряде статей УПК закреплено требование учета не просто вины, но ее степени, величины, масштаба. В частности, в соответствии с ч. 3 ст. 339 УПК после основного вопроса о виновности подсудимого присяжным могут ставиться частные вопросы о таких обстоятельствах, которые влияют на степень виновности либо изменяют ее характер. Об этом же утверждается и в теории <3>.
--------------------------------
<3> См., напр.: Белкин А.Р. Производство по уголовным делам, рассматриваемым судом с участием присяжных заседателей // Курс уголовного судопроизводства: В 3 т. / Под ред. В.А. Михайлова. М., 2006. Т. 2. Досудебное и судебное производство. С. 700; Мельник В.В. Особенности производства с участием присяжных заседателей // Уголовный процесс / Под ред. А.В. Гриненко. 2-е изд. М., 2008. С. 368.

О степени и характере виновности говорится также в п. 3 ст. 339 УПК. Что имеется в виду под степенью и характером виновности, неизвестно. В отношении характера виновности можно сделать предположение, что речь идет о разных формах вины - умысле и неосторожности. А в отношении степени вины невозможно построить даже какие-либо догадки. Ясно лишь то, что авторы норм УПК скопировали положение о степени виновности из Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. И это похвально. Однако не следует забывать, что названный закон, в отличие от действующего УК, основывался на оценочной концепции вины. И именно поэтому А.Ф. Кони писал: "...присяжных спрашивают не о том, совершил ли подсудимый преступное деяние, виновен ли в том, что совершил его; не факт, а внутренняя его сторона и личность подсудимого в нем выразившаяся, подлежат их суждению" <4>.
--------------------------------
<4> Кони А.Ф. Собр. соч. М., 1967. Т. 4. С. 200.

Основной контраргумент критиков оценочной концепции вины сводится к тому, что при наличии в деянии виновного состава преступления суд может и не признать его виновным в совершении преступления, выявив основания для вывода о том, что деятель не заслуживает отрицательной морально-политической оценки, т.е. эта концепция предоставляет суду широкое усмотрение, что чревато как необоснованным привлечением к уголовной ответственности одних - невиновных, так и необоснованным освобождением от уголовной ответственности других - виновных.
Однако эта концепция представляется более справедливой, поскольку в ее основание положены не чисто формальные психологические феномены в виде умысла или неосторожности, которые, кстати, не поддаются непосредственному восприятию органами чувств человека. О них мы можем судить лишь по объективным свойствам совершаемого деяния.
Между тем оценочная концепция вины базируется на присущем каждому человеку от рождения нравственном начале - представлении о добре и зле, о плохом и хорошем. Чтобы оценить социальную сущность и социальную значимость любого человеческого поведения, вовсе не обязательно быть психологом, социологом, юристом. Именно эта истина положена в основу суда присяжных.
Применительно к деятельности суда присяжных виновность в соответствии с нормами УПК РФ означает убежденность присяжных в том, что совершенное деяние является в высшей степени безнравственным, и именно поэтому субъект виновен в том смысле, что заслуживает уголовной, но не иной ответственности. Суждению присяжных, таким образом, подлежит не юридический вопрос о форме вины в смысле ст. ст. 24 - 27 УК, а вопрос факта - о соответствии или несоответствии совершенного деяния общепринятым нормам нравственности, о степени нравственного падения субъекта.
В связи с этим обоснованным представляется вывод том, что основанием уголовной ответственности по делам, рассматриваемым судом присяжных, в соответствии с нормами УПК РФ, является не состав преступления в духе ст. 8 УК, а вина не в психологическом ее понимании, а как социальная вредность, социальное зло содеянного, о чем свидетельствуют не только психологическое отношение деятеля к деянию и его последствиям в форме умысла или неосторожности, но вся совокупность иных субъективных (мотивы, цели, эмоции), а также объективных признаков (место, способ, обстановка, обстоятельства, орудия).
Другими словами, суд присяжных, решая вопрос о виновности или невиновности субъекта, должен оценить содеянное с точки зрения его соответствия (несоответствия) нравственным принципам.
Таким образом, нормы УПК, регламентирующие деятельность суда присяжных, основаны на оценочной концепции вины, которая представляется более отвечающей демократическому духу такого суда. Кроме того, Россия не может избежать установления уголовной ответственности юридических лиц, а суд присяжных с участием в его деятельности представителей малого и среднего бизнеса (людей среднего достатка) в связи с этим был бы одним из действенных инструментов противодействия преступной деятельности корпораций.

Оставить комментарий




TPL_TPL_FIELD_SCROLL