Четверг, 18 Апрель 2013 04:00

Судебно-экспертные учреждения России и СССР в период 1917 - 1941 годов

  • Автор(ы): Гаврилов Л.Г., Петров В.В.
  • Информация об авторе(ах): Гаврилов Л.Г., кандидат юридических наук, профессор Санкт-Петербургского университета МВД РФ. Петров В.В., кандидат медицинских наук, доцент юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета.
  • Информация о публикации: "Эксперт-криминалист", 2006, N 3

Некоторые авторы считают, что значительный период после 1917 г. является "мертвым сезоном" для практики судебной экспертизы и развития этого института. Так, например, П.А. Кокорин писал: "Декретом от 07.12.1917 были упразднены все правовые институты царской России. До 1919 года не было ни судебных экспертов, ни экспертизы вообще. Ведь криминалистика - наука о раскрытии преступлений. Но зачем учиться раскрывать, если есть "товарищ маузер"?.." (17, с. 110). Но в действительности обстоятельства, связанные с деятельностью судебно-экспертных учреждений, складывались в нашей стране совершенно иным образом. Бурные события 1917 г. в виде Февральской революции и Октябрьского переворота, который позднее назвали Великой Октябрьской социалистической революцией, нанесли значительный урон судебно-экспертным учреждениям России и резко затормозили их развитие.

Во время февральских событий 1917 г. вместе со зданием судебных установлений на Литейном проспекте полностью сгорел Петроградский кабинет научно-судебной экспертизы со всем оборудованием и архивами. Ввиду практически полного разрушения прежнего аппарата власти на периферии во многом затухла работа судебно-медицинской экспертизы. Конец 1917 г. и первая половина 1918 г. в деятельности медицинских экспертов представляют почти мертвый промежуток. Судебно-медицинская экспертиза строилась на местах разнообразно, отчетность по ней не велась, а если и велась, то в центр не направлялась. Московский кабинет научно-судебной экспертизы весь 1917 г. работал. О его дальнейшей судьбе в литературе написано кратко и не очень внятно. "Деятельность московского кабинета прекратилась в 1918 г. " (33, с. 8). "Московский кабинет прекратил работу в начале 1918 г. Его оборудование передано возникшему в 1918 г. в Петрограде Высшему институту фотографии и фототехники" (18, с. 145).
Процессы, связанные со становлением судебно-экспертных учреждений в 1918 г. и последующие годы, можно охарактеризовать двояким образом. С одной стороны, вследствие общей административной неустроенности и хозяйственной разрухи произошло резкое сокращение объема деятельности и нарушение правильности функционирования существующих судебно-экспертных учреждений. С другой стороны, стали проявляться и нарастать процессы по созданию новых судебно-экспертных учреждений и активизации внедрения достижений науки и техники в уголовное судопроизводство. Нужно заметить, что многие из указанных учреждений, например судебно-медицинские, создавались после 1917 г. почти в точном соответствии с планами, разработанными еще в Российской империи. Вполне естественно, что по реалиям и политическим соображениям того периода это обстоятельство в нашей стране не афишировалось и длительное время было практически неизвестно исследователям.
Процессы, связанные с развитием в нашей стране судебно-экспертной деятельности, стали явно заметными уже в 1918 г., когда "...в приказах по уголовно-розыскной милиции требовалось "принять самые срочные и интенсивные меры к ознакомлению с методами регистрации преступников антропометрией, дактилоскопией и фотографией, словесным портретом и т.д." (20, с. 20). Для того чтобы возродить существовавшие судебно-экспертные учреждения, а также создавать новые, необходимо было прежде всего озаботиться вопросами подготовки квалифицированных специалистов. "В 1918 г. по инициативе группы ученых в Петрограде создается Высший институт фотографии и фототехники. Наряду с другими специалистами программа института предусматривала подготовку всесторонне образованных экспертов-криминалистов. Для этой цели в институте была организована первая в СССР криминалистическая кафедра, носившая название кафедры судебно-фотографической энциклопедии" (27, с. 71). При ближайшем участии и руководстве А.А. Поповицкого на этой кафедре осуществлялось преподавание экспертизы документов, судебно-метрической и сигналитической фотографии, словесного портрета, дактилоскопии и т.д.
В Иваново-Вознесенской губернии только 1 ноября 1918 г. были приглашены три судебных врача, но вскоре после этого уже состоялись первые совещания судебных врачей с представителями милиции и судебно-следственных органов. И в том же самом 1918 г. в Москве было произведено 949 судебно-медицинских исследований трупов, а вызовов медицинских экспертов в суды отмечено 28, что для того периода составляло весьма значительные цифры. В первой половине 1918 г. штат судебно-медицинских экспертов по Москве с 25 бывших ранее сократился до 9 районных и одного запасного. Но уже во второй половине 1918 г. штат был увеличен до 14 человек и учреждена должность помощника заведующего. Старые судебные врачи, имевшие знания и опыт, не только легко справлялись с делом медицинской экспертизы в новых условиях работы, но являлись часто руководителями в этой области милиции и следователей, только что призванных к деятельности (см.: 24, с. 41 - 50). В 1918 г. в Петрограде был основан и открылся институт судебно-психиатрической экспертизы, который до 1922 г. являлся чисто практическим учреждением, потому что в нем не велось научно-исследовательской работы. Народный комиссариат здравоохранения в 1918 г. разработал проект открытия курсов для судебно-медицинских экспертов, который удалось провести в жизнь только в 1924 г. В Петрограде также имелись кадры судебных экспертов и других специальностей. "История сохранила имена 10 штатных (судебно-медицинских. - Авт.) экспертов Петрограда 1918 года: Н.И. Ижевский, А.А. Грегори, И.А. Цитович, Л.В. Рыбальченко, П.К. Шириян, А.А. Огневич, А.А. Квашенкин, А.М. Макаров, П.А. Маскин, Прейн..." (14, с. 5).
1919 г. ознаменовался дальнейшим развитием судебной экспертизы. В начале года Наркомюст Украины выдвинул вопрос о переводе судебных врачей в органы юстиции. Вопрос этот был не нов и несколько раз поднимался еще до 1917 г., но каждый раз в органах государственной власти того периода решался отрицательно. В начале февраля 1919 г. Центральный аппарат уголовного розыска подготовил в коллегию НКВД доклад под названием "Об организации научно-технической службы в аппаратах уголовного розыска". В этом докладе был приведен обзор состояния судебной экспертизы в царской России, подчеркнуто значение в расследовании преступлений судебной фотографии, антропометрии, дактилоскопии, судебной психиатрии, судебной медицины и ставился вопрос об организации при Центророзыске научного центра в виде отдела, который был бы постоянным консультантом для отделов розыска на местах по вопросам судебной экспертизы, фотографии и дактилоскопии. 15 февраля 1919 г. по данному докладу коллегия НКВД приняла решение о создании при Центророзыске кабинета судебной экспертизы. Цели деятельности кабинета обозначались как организация научной экспертизы на местах; консультации сотрудников розыска по наиболее сложным вопросам, требующим специальных познаний; производство различных экспертиз; выезды на места для оказания практической и консультационной помощи. Уже с 1 марта 1919 г. созданный кабинет судебной экспертизы, ставший основой научно-технической службы уголовного розыска, начал работу. Первым его руководителем был назначен П.С. Семеновский. Дату 1 марта 1919 г. принято считать днем зарождения экспертно-криминалистической службы российских органов внутренних дел. Одновременно при Центророзыске были созданы регистрационное и дактилоскопическое бюро, а также уголовный музей (8, с. 71). Несмотря на трудности, работали, хотя и не в полную силу, уцелевшие из ранее созданных экспертных учреждений. Так, за 1919 г. Киевским кабинетом научно-судебной экспертизы было проведено лишь 80 экспертиз. Научно-исследовательская работа в этот период развивалась слабо. В Киевском кабинете научно-судебной экспертизы она была направлена преимущественно на разработку методов цветоделения и контрастирования (в связи с большим количеством дел о подделке денежных знаков) и процессов изготовления фотоматериалов с определенной свето- и цветочувствительностью (см.: 21, с. 11).
Применение судебно-медицинской экспертизы после 1917 г. не только не сократилось, но, наоборот, расширилось. "Так, например, количество освидетельствований, произведенных судебными медиками в 1919 г., составило 176728... В том числе 79200 освидетельствований было произведено в 1919 году по требованиям административных властей и 31168 по просьбам общественных организаций. По постановлениям же судебных органов состоялось всего 2550 освидетельствований" (19, с. 185 - 186). В 1919 г. вышло Положение о правах и обязанностях государственных медицинских экспертов, которое значительно расширило права экспертов на предварительном и судебном следствии. В том же году были изданы Правила о порядке вскрытия трупов, Временные правила классификации телесных повреждений и Положение о лабораториях судебно-медицинской экспертизы. Последним Положением было предусмотрено создание лабораторий для производства химических, микроскопических и биологических исследований в университетских городах (см.: 9, с. 170). Согласно Положению о лабораториях для медицинской экспертизы, утвержденному коллегией Народного комиссариата здравоохранения РСФСР 5 апреля 1919 г., эти лаборатории учреждались с целью "...производства исследований как химических, так и микроскопических включительно с применением биологического метода экспертизы". Положением предусматривалось создание на базе соответствующих кафедр университетов в Петрограде, Казани, Саратове, Воронеже и Смоленске районных судебно-медицинских лабораторий, каждая из которых предназначалась для обслуживания нескольких губерний (23, с. 492). Такую же лабораторию предлагалось создать в Костроме. Этим же Положением губернским медико-санитарным отделам предоставлялось право открывать губернские судебно-медицинские лаборатории (для обслуживания только одной губернии) лишь в случаях, если у них имелись кадры необходимых специалистов и соответственно оборудованные помещения.
В июле 1919 г. состоялся Смоленский губернский Съезд государственных судебно-медицинских экспертов, а в августе 1919 г. такой же съезд прошел в Ярославской губернии. В Москве по сравнению с предыдущим годом резко увеличилось количество судебно-медицинских исследований. Например, в 1918 г. было произведено 949 исследований трупов, а в 1919 г. таких исследований было осуществлено уже 1880. Работа судебных медиков шла, несмотря на весьма плохие условия, особенно на периферии. "По отчету Курского Губздравотдела по медицинской экспертизе за 1919 г., из 11 бывших экспертов в Курской губ. к 1919 г. остался один, никаких штатов медицинских экспертов не было, не было еще кабинета для освидетельствований. Кабинетом эксперта являлась его собственная квартира" (24, с. 50).
Важную роль играли судебные эксперты в подготовке кадров юристов для страны. Например, в Петроградском рабоче-крестьянском университете "с 1 января 1919 г. началась планомерная подготовка кадров для органов советской юстиции и рабоче-крестьянской милиции. На шестимесячных курсах подготовки работников уголовного розыска при университете изучались техника уголовного розыска (24 лекции), научная тактика расследования преступлений (24 лекции), судебная медицина (10 лекций), применение собак-ищеек" (21, с. 8 - 9).
1920 год. В Одессе Приказом по губревкому от 7 февраля 1920 г., ликвидировавшим старые судебные установления, было предложено сотрудникам кабинета научно-судебной экспертизы, который возглавлял профессор Николай Прокофьевич Макаренко, оставаться на местах и продолжать свою работу (см.: 28, с. 86; 4, с. 66). В 1920 г. в связи с оккупацией Киева белополяками кабинет научно-судебной экспертизы временно прекратил работу. Значительная часть его оборудования была разграблена или повреждена оккупантами. Но уже с конца 1920 г. под руководством видного ученого в области судебной фотографии В.И. Фаворского, который был назначен заведующим Киевским кабинетом, производство экспертиз возобновилось (см.: 21, с. 11).
В 1920 г. состоялся 1-й Всероссийский съезд судебно-медицинских экспертов, прошедший с 20 по 25 сентября. Ему предшествовали губернские съезды медицинских экспертов при участии представителей других заинтересованных в экспертизе ведомств. В июле и августе 1920 г. такие съезды были созваны в Иваново-Вознесенской, Тульской, Тверской и Воронежской губерниях. В этом же году в Москве был открыт Московский институт судебно-психиатрической экспертизы имени Сербского (см.: 24, с. 60 - 76). В октябре 1920 г. в Саратове на базе кафедры судебной медицины организована районная судебно-медицинская лаборатория. В этом же году при НКЗ УССР был организован судебно-медицинский отдел, который возглавил профессор Н.С. Бокариус (7, с. 38 - 43). "Проф. Райский М.И., учитывая необходимость объединения науки с практикой, как заведующий кафедрой судебной медицины, в 1920 году возглавил Саратовскую губернскую судебно-медицинскую экспертизу" (25, с. 8).
В конце 1920 г. были открыты 4-месячные курсы для усовершенствования судебных химиков, закончившиеся в 1921 г. (см.: 24, с. 66). "В 1920 г. на химико-фармацевтическом факультете II Московского государственного университета и в Петроградском химико-фармацевтическом институте были созданы первые кафедры судебной химии. Судебная химия вошла в программу подготовки специалистов с высшим фармацевтическим образованием" (32, с. 15).
1921 - 1929 годы. В этот период значительной реорганизации подверглась деятельность специалистов, работавших в уголовном розыске. 20 июля 1921 г. кабинет судебной экспертизы, регистрационное и дактилоскопическое бюро и уголовный музей при центральном управлении уголовного розыска РСФСР были объединены в научно-технический подотдел уголовного розыска НКВД (см.: 4, с. 64; 8, с. 71). Основными проблемами в тот период были две: отсутствие подготовленных людей и резкая нехватка материальной базы. "О трудностях деятельности органов розыска и его научно-технических служб в тот период свидетельствуют такие данные: в 1921 г. в уголовном розыске насчитывалось 3723 квалифицированных сотрудника, из них с высшим образованием - 25 и со средним - 378. Лабораторное оборудование и приборная техника почти отсутствовали. Между тем, по данным Петроградского губрозыска, только через справочно-регистрационное отделение в 1921 г. прошло 30160 чел." (21, с. 10). В Саратове был организован Кабинет криминальной антропологии, который начал свою деятельность в 1922 г. В том же году были созданы "научно-технический кабинет при подотделе уголовного розыска в Петрограде (начальник А.А. Сальков), научно-техническое отделение и фотохимическая часть в Центророзыске УССР, научно-техническая часть Самарского губернского уголовного розыска" (4, с. 65). Научно-технические подразделения формировались в этот период на периферии и в других советских республиках, например в системе уголовного розыска УССР. В задачи НТО, кроме оперативно-регистрационных функций, входили проведение научно-исследовательской работы в области криминалистики и судебной экспертизы, производство экспертиз и оказание другой научно-технической помощи органам следствия и суда. Представляет интерес структура научного отдела при Петроградском уголовном розыске. В него вошли научно-технический кабинет, справочно-регистрационное отделение и музей (см.: 26, с. 144 - 149). В мае 1922 г. в системе НКВД произошли очередные перемены, в результате которых научно-технический подотдел стал Научно-техническим отделом со следующей структурой подотделов: а) фотохимический; б) статистический; в) дактилоскопический; г) музейно-кодификационный; д) экспертный" (8, с. 70). "Осуществлялась и нормативная регламентация использования специальных познаний в расследовании преступлений. Уголовно-процессуальные кодексы 1922 и 1923 гг. отказались от термина "сведущие лица", принятого Судебными уставами Российской империи 1864 г., и ввели общепризнанный в юридической литературе термин "эксперт" (12, с. 28). 4 мая 1922 г. начальником Научно-технического отдела становится В.Л. Русецкий. Перед назначением на эту должность он составил объяснительную записку, в которой были обоснованы задачи и численный состав Научно-технического отдела. Возглавив Научно-технический отдел Центророзыска, В.Л. Русецкий аргументированно поставил перед руководством вопрос о необходимости создания библиотеки, о необходимости выписывать иностранную литературу и издавать практические пособия. Он настойчиво добивался укомплектования отдела высококвалифицированными сотрудниками и привлек к работе в НТО Центророзыска С.М. Потапова. Вместе с этим Русецкий наладил связь с Высшим институтом фотографии и фототехники, на базе которого можно было осуществлять подготовку квалифицированных экспертных кадров (см.: 20, с. 135). "Постепенно росло количество экспертиз и в научно-технических отделах на местах. Так, за 1923 г. сотрудники НТО Петроградского губрозыска осуществили 160 экспертиз, в том числе 44 - дактилоскопических, 87 - графических, 4 - по взломам замков, 8 - по подделкам печатей, 2 - по исследованию тканей, в 1924 г. - 241, а в 1925 г. - 193 экспертизы, кроме непосредственно проведенных в судебных заседаниях губсуда и народных судов" (21, с. 10 - 11). Стремительно развивались научно-технические подразделения системы внутренних дел в крупных городах страны. "Параллельно с развитием криминалистической службы в Центророзыске возникали научно-технические кабинеты и подотделы в крупных городах. Уже в 1923 г. они действовали, помимо Москвы, в Ленинграде, Харькове, Самаре" (12, с. 28). Кадры экспертов-криминалистов начали готовить не только в центральных городах России, но и на периферии СССР. Так, например, специальная школа милиции, дислоцировавшаяся в Казахстане в городе Оренбурге, выпустила в 1923 г. первый отряд криминалистов (см.: 30, с. 5). В августе 1923 г. в соответствии с решением коллегии многие управления НКВД подверглись очередным изменениям, в результате Научно-технический отдел стал подотделом, в структуре которого находились: кабинет научно-технической экспертизы, фотохимическая лаборатория, центральное регистрационное бюро, а также делопроизводственный подотдел. Общее количество сотрудников указанного научно-технического подотдела, включая начальника и делопроизводителей, в середине 1923 г. достигло двадцати четырех человек. Научно-технические отделы при уголовном розыске развернули большую научную и практическую работу. Так, их сотрудники за период с 1924 по 1927 г. провели исследования по 801 делу с большим числом объектов (см.: 8, с. 70; 20, с. 21).
В 1923 г. был создан третий, после имевшихся в Киеве и Одессе, кабинет научно-судебной экспертизы в Харькове. Создателем последнего явился известный судебный медик и криминалист заслуженный профессор Н.С. Бокариус. Кабинет в Харькове, ставший Институтом научно-судебной экспертизы, имел в своем составе пять основных секций: идентификации, химических и физико-химических исследований, судебно-фотографической, биологической и секции по судебно-медицинскому исследованию тела человека. Сотрудниками института проводилась огромная научно-экспертная работа по заданиям судебно-следственных органов. Одновременно на базе института его сотрудниками и прикомандированными врачами под руководством Н.С. Бокариуса было выполнено большое количество научных исследований (см.: 31, с. 5; 35, с. 6). Киевский же кабинет научно-судебной экспертизы к середине 1924 г. имел четыре секции: судебно-медицинскую, судебно-фотографическую, судебно-химическую и секцию индивидуальной идентификации (см.: 6, с. 86).
"Уже сметой 1923/24 финансового года было предусмотрено дооборудование существующих и создание новых районных судебно-медицинских лабораторий. Действительно, в этом, а отчасти в следующем году были организованы районные и областные судебно-медицинские лаборатории в Ростове-на-Дону, Свердловске (бывш. Екатеринбурге), Омске, Иркутске и Ленинграде" (24, с. 74). В конце 1923 г. создается Центральная судебно-медицинская лаборатория Народного комиссариата здравоохранения РСФСР (23, с. 492). В 1924 г. в Ленинграде Е.А. Четверикова стала первой женщиной, пришедшей на работу в судебно-медицинскую экспертизу страны на должность эксперта-гинеколога (см.: 10, с. 95). "Уже в 1924 г. в Ленинградском институте усовершенствования врачей была организована кафедра судебной медицины с 4-месячным курсом обучения. Необходимо подчеркнуть, что такое государственное мероприятие было проведено впервые в Советском Союзе. Нигде за рубежом повышение квалификации судебно-медицинских экспертов не осуществлялось. К сожалению, кафедра просуществовала только 6 лет. В 1931 г. она была закрыта, но за этот период времени подготовлено около 300 курсантов" (16, с. 12). Криминологический институт в Москве, Институт судебно-психиатрической экспертизы в Ленинграде, Кабинет криминальной антропологии в Саратове, основанный в 1922 г., но затем расформированный и снова возродившийся в 1924 г., занимаются интенсивной работой. В некоторых губерниях устраиваются губернские расширенные судебно-медицинские съезды. Количество судебно-медицинских экспертов в 1924 году в РСФСР достигает 311, в больших городах по нескольку экспертов - в Москве - 15, в Ленинграде - 12, в некоторых уездах имеется по два эксперта. 25 января 1924 г. Народный комиссариат здравоохранения утвердил Временное положение о Центральной судебно-медицинской лаборатории". Согласно этому Положению данная лаборатория была временно утверждена при Государственном Бактериологическом институте Наркомздрава; заведующий лабораторией в административном отношении был подчинен директору этого института, наблюдение же за ее деятельностью было возложено на главного судебно-медицинского эксперта. Должность главного судебно-медицинского эксперта была учреждена при Наркомздраве в этом же году (см.: 24, с. 84 - 86). В 1924 г. профессором А.И. Шибковым была организована краевая судмедэкспертиза в Ростове-на-Дону, что явилось объединяющим фактором для всей судебной медицины Северо-Кавказского края (см.: 29, с. 487).
В 1925 г. на Украине судебно-медицинские лаборатории были заменены тремя кабинетами судебной научной экспертизы (в Харькове, Киеве и Одессе), объединяющими все виды судебной экспертизы, в том числе судебно-медицинскую. При этом они находились в ведении органов юстиции. В 1925 г. произошло расширение функций кабинетов научно-судебной экспертизы на Украине. Наряду с производством экспертиз на них было возложено также осуществление исследований в области научных методов борьбы с преступностью. В силу этого указанные кабинеты очень скоро фактически перестали быть узкоэкспертными учреждениями, что повлекло за собой их преобразование в институты научно-судебной экспертизы и нашло свое законодательное закрепление в Положении о судоустройстве УССР, принятом 23 октября 1925 г. По этому Положению структура институтов насчитывала уже шесть секций: помимо существовавших четырех создавались еще две - биологических исследований и криминально-психологических и психопатологических исследований. Директорами институтов стали В.И. Фаворский, Н.П. Макаренко, Н.С. Бокариус (см.: 4, с. 66; 27, с. 71). Секция криминальной психологии и психопатологии должна была заниматься вопросами изучения личности преступника - правонарушителя. Эта секция просуществовала до 1931 г. (см.: 6, с. 87). В этом же году был открыт Ленинградский криминалистический кабинет Губсуда, в функции которого входили изучение медицинской экспертизы и подготовка судебных работников по вопросам судебной медицины (9, с. 171).


Оставить комментарий




TPL_TPL_FIELD_SCROLL