Понедельник, 22 Апрель 2013 12:55

Объект и предмет теории управления органами предварительного следствия

  • Автор(ы): Валов С.В.
  • Информация об авторе(ах): Старший преподаватель кафедры управления органами расследования преступлений Академии управления МВД России, кандидат юридических наук.
  • Информация о публикации: Валов С.В. Объект и предмет теории управления органами предварительного следствия // Российский следователь. 2010. N 15. С. 45 - 48.

В статье предпринята попытка определить объект и предмет теории управления органами предварительного следствия.

Одним из важных методологических вопросов, разрешаемых любой отраслью научных знаний, является правильное определение своего объекта и предмета. Ответ на данный вопрос во многом способствует решению идентификационной задачи, предопределяет направления научного поиска, влияет на структуризацию полученных результатов, взятых в совокупности.
Четкое и ясное описание с помощью категориального аппарата в строгой логической последовательности класса взаимосвязанных и взаимообусловленных социальных явлений и процессов позволяет в достаточной степени идентифицировать его в системе знаний о социуме в целом и его составных элементах, действующих на разных уровнях и в различных сферах.
При разрешении указанного вопроса обычно используются два метода: 1) определяется совокупность социальных явлений, отличных от себе подобных по ряду ключевых характеристик, закономерности развития и совершенствования которых представляют особый научный интерес, в настоящее время не удовлетворенный или в недостаточной степени освещенный в ранее опубликованных научных трудах; 2) оценивается некая совокупность знаний, уже полученных в рамках определенной научной отрасли. Эта совокупность по характеру охваченных ею закономерностей развития и совершенствования социальной среды явно выходит за пределы уже очерченного и общепризнанного предмета известной теории.
Особенностью формирования научных знаний о социальном управлении является их иерархичность, предопределяемая соподчиненностью социальных систем, в рамках которых исследуются закономерности управления.
Полагаем, что с учетом высказанных методологических установок обозначенный в названии статьи вопрос должен быть решен и относительно той совокупности научных знаний, в которых находят отражение результаты познания фактов, состояний, явлений, действий и процессов, комплексно и всесторонне характеризующих общественные отношения, возникающие в процессе формирования, оформления и реализации управляющих воздействий в органах предварительного следствия <1>.
--------------------------------
<1> Далее - ОПС.

История развития и совершенствования, а также современный статус данных социальных образований во многом предопределяют результаты их теоретического осмысления, место научных знаний об управлении ими в системе специальных знаний. Попытки выделения в сфере управления правоохранительными органами комплекса взаимосвязанных и взаимообусловленных социальных явлений и возникающих между ними закономерностей, проявляющихся в повседневной деятельности субъектов и объектов управления ОПС, входящих в состав какого-либо одного государственного органа или вместе взятых, предпринимались и ранее. На основе теоретического осмысления полученного эмпирического материала создавались концептуальные модели объекта и предмета теории, получавшей различные названия. Заметим, что каждый из полученных результатов в значительной степени отражал глубину познания обозначенного нами участка социальной практики (объекта), фиксировал в примененной их авторами системе научных категорий и понятий тот круг объективных закономерностей, который они относили к предмету соответствующей отрасли научного знания, выступал яркой иллюстрацией постепенного погружения в специфику общественных отношений, складывающихся между субъектами и объектами управления ОПС, и поиска категориального аппарата для ее адекватного научного отображения.
В стенах Академии управления МВД России первый опыт определения объекта и предмета теории управления ОПС связан с созданием и апробацией в середине 70-х годов прошлого века курса "Организация расследования преступлений".
При научной разработке учебного курса функция предварительного следствия рассматривалась исключительно в качестве одной из правовых форм общегосударственной функции расследования преступлений, осуществляющие ее следственные аппараты - неотъемлемой частью системы МВД, а управление и организация признавались синонимами. Такой подход предполагал, во-первых, изучать одновременно общие черты управления следственными аппаратами и органами дознания, отграничивая их специфику от иных подразделений органов внутренних дел, во-вторых, очерчивать свои научные интересы преимущественно социальными границами определенного ведомства. Полагаем, что имеется и еще одна причина, объясняющая первые результаты. Это научная специализация первопроходцев в сферах уголовного процесса и криминалистики.
Следственная деятельность определялась как синоним расследования, которое в равной мере по уголовным делам о преступлениях своей подследственности могли производить должностные лица органов внутренних дел, обладающие разным процессуальным статусом. Она рассматривалась в виде "определенной системы задач, функций и их реализации в рамках организационных структур". Как видим, предмет дисциплины по затронутым в нем аспектам - правовому, криминалистическому и управленческому - был синтетическим. Для успешного решения педагогических задач в качестве его научной основы были избраны достижения "трех в данном случае наук - советского уголовного процесса, криминалистики и науки управления" <2>. При этом управленческие аспекты организации расследования преступлений как социального явления рассматривались исключительно на уровне организации основной функции следственного аппарата какого-либо одного ведомства как управление определенным родом деятельности. Этот спектр социальной практики и определялся в качестве "широкого поля для приложения достижений науки управления" <3>.
--------------------------------
<2> Зуйков Г.Г. Организация расследования преступлений как практическая деятельность, предмет исследования и преподавания // Организация расследования преступлений органами внутренних дел: Сб. статей. М., 1978. С. 23 - 24.
<3> Белкин Р.С. О понятии организация расследования преступлений // Там же. С. 27.

В рамках изложенного подхода оставался нерешенным вопрос о том, объектом какой науки является управление всеми органами, на которые возложена функция расследования преступлений, вследствие того что организация такой деятельности на обозначенном уровне определяется в самой общей форме, абстрактно.
Полагаем, что такая задача в тот период развития научного знания и не могла быть решена на основе имевшегося эмпирического материала и применения для его описания и объяснения преимущественно инструментария теории уголовного процесса и криминалистики. Вместе с тем введенная профессором Р.С. Белкиным в научный оборот градация уровней организации подвигла многих к поискам в данном направлении и позволила сформировать иные, более расширенные перечни видового разнообразия организации деятельности субъектов, осуществляющих функцию расследования преступлений <4>.
--------------------------------
<4> Обзор высказанных точек зрения см.: Валов С.В. Организация предварительного следствия: понятие, виды, классификация // Проблемы классификации и расследования преступлений, подследственных ОВД: Матер. науч.-практ. конф. М., 2007. С. 59 - 67.

Следующий этап в разрешении ключевого вопроса необходимо связывать с выходом в свет работ Б.Я. Петелина и Н.И. Кулагина.
Б.Я. Петелин, будучи специалистом в области криминалистики, в цикле своих работ, опубликованных в 1988 - 1991 гг., смог достаточно аргументированно определить различия в предметах теории организации расследования преступлений (авторская терминология сохранена. - В.С.) и криминалистики (в т.ч. и на уровне ее системных компонентов). Его позиция базировалась на рассмотрении функции расследования преступлений в качестве самостоятельного вида социальной деятельности, обладающего комплексом свойств и качеств, существенно отличающих ее от простой суммы всех актов расследования, одновременно осуществляемых уполномоченными лицами <5>. Сосредоточившись преимущественно на определении предмета курса "Организация расследования преступлений" как отраслевой управленческой научной и учебной дисциплины, Б.Я. Петелин отнес к объекту изучения "управленческие процессы в сфере расследования преступлений как специфической сфере социальной деятельности", а к предмету - общеуправленческие закономерности и закономерности управления отраслевого характера в сфере расследования преступлений, осуществляемого следственным аппаратом и органами дознания.
--------------------------------
<5> Петелин Б.Я. Организация расследования преступлений как вид социального управления // Социологические исследования. 1991. N 4. С. 66 - 72.

К числу таких закономерностей он отнес: "связи (соотношения) состояния и динамики преступности в обслуживаемом регионе с качеством и сроками расследования, с соблюдением режима... законности в ходе проведения следствия и дознания, с уровнем научного обеспечения расследования преступлений; связь тенденций в развитии преступности и складывающейся обстановки в сфере расследования с решением структурных вопросов организации следственных аппаратов и подразделений дознания" и ряд других <6>.
--------------------------------
<6> Петелин Б.Я. Криминалистика и организация расследования преступлений // Предмет и система криминалистики в свете современных исследований: Сб. науч. трудов. М., 1988. С. 63.

Полагаем, что даже поверхностный взгляд дает возможность убедиться в том, что здесь скорее приведены не закономерности, а характеризующие управление ОПС и подразделениями дознания явления и процессы, между которыми предполагается наличие определенных связей. Поэтому устойчивость и направленность обозначенных Б.Я. Петелиным связей, их объективную природу следует выявлять, исследовать, объяснять и на основе полученных результатов формулировать закономерности. По нашему мнению, смешение задач определения предметов науки и учебной дисциплины не позволило ученому достаточно четко провести грань между закономерностями и знаниями о них. В результате предмет теории и учебного курса в его работах совпадают.
Соглашаясь с мнением Б.Я. Петелина о том, что одной из самых значительных особенностей, которые необходимо учитывать при исследовании закономерностей управления следственными аппаратами, является процессуальная самостоятельность следователя, мы вместе с тем не разделяем его точку зрения о том, что эта особенность в равной степени относится к процессам управления, протекающим во всех органах расследования преступлений. По нашему мнению, обозначенная характеристика объекта управления присуща только одному из них - ОПС, существенно отличая протекающие в них процессы управления от аналогичных в органах дознания.
Мы поддерживаем мнение Н.И. Кулагина о том, что процессуальная самостоятельность следователя, как ключевая характеристика объекта управления, воспринимающего управляющие воздействия, кардинально меняет содержание общественных отношений, возникающих между ним и субъектом управления, определяет характер, форму и пределы такого воздействия, способы организационного обеспечения самой процессуальной деятельности в рамках определенного ведомства и государства в целом <7>.
--------------------------------
<7> Кулагин Н.И. Управление следственными аппаратами органов внутренних дел (функционально-структурный анализ): Дис. ... д-ра юрид. наук. Волгоград, 1989. С. 26 - 30, 48, 78, 82, 119, 121 - 123.

В своей фундаментальной работе Н.И. Кулагин обосновал необходимость "выделения из теории управления органами внутренних дел весьма специфичного по содержанию раздела об управлении предварительным следствием", представленного в виде "системы относительно самостоятельных идей, относящихся к области знаний, исследующей организационную деятельность лиц, осуществляющих предварительное следствие в специальных условиях функционирования органов внутренних дел" <8>.
--------------------------------
<8> Кулагин Н.И. Указ. соч. С. 16, 123, 363.

Вместе с тем полагаем, что при сохранении ведомственной разобщенности ОПС, следуя такой логике, необходимо развивать несколько отраслевых направлений, соответствующих количеству органов, включенных в разные формальные организованные социальные системы государственного типа. Это противоречит принципу единства государственной функции, возложенной на ОПС и выполняемой ими в системе уголовной юстиции.
Выделенные Н.И. Кулагиным специфические особенности процессуальной деятельности следователей, их статуса, правового и организационного положения следственных подразделений в составе ОВД, влияние таких особенностей на характер, форму и пределы управляющих воздействий во многом распространимы и на подсистемы ОПС, существовавшие (например, в составе федеральных органов налоговой полиции) и существующие в составе федеральных органов.
Общность организационных форм, моделей построения аппаратов управления, способов и методов осуществления управленческой деятельности характерны для подсистем ОПС вне зависимости от ведомственной принадлежности и проявляются на уровне устойчивой закономерности при совокупном их рассмотрении на определенных исторических этапах. Общность эта двоякого рода: во-первых, ОПС - это элемент государственного механизма, подсистемы которого выстраиваются в соответствии с базовыми принципами; во-вторых, ОПС в составе любого ведомства выполняет свою процессуальную деятельность на основании уголовно-процессуального законодательства.
Исследование организационных основ управления ОПС позволило нам в ходе диссертационного исследования доказать последовательную смену моделей построения аппаратов управления в зависимости от степени автономности самого ОПС в составе организационных структур того или иного ведомства.
Полагаем необходимым привести следующие аргументы для выделения управления ОПС в качестве самостоятельного объекта научного исследования. Управление ОПС в этом качестве выступает как определенный срез социальной практики, представленный совокупностью объективно существующих характеристик объекта и субъекта управления и возникающих между ними при помощи каналов прямой и обратной связи общественных отношений, отличающих такую систему управления от всех прочих систем.
Такой взгляд на управление ОПС возможен только в том случае, если: 1) признать функцию предварительного следствия самостоятельной функцией государства в системе уголовной юстиции; 2) выбор организационного обеспечения указанной функции определяется ее содержанием и целевыми характеристиками; 3) разрешение вопроса об организационном обеспечении функции, правового регулирования ее осуществления и распределения объемов процессуальной деятельности между ведомствами обусловливает общность подходов в определении статуса и правового положения тех подразделений, которые решают общую задачу и выполняют единую для них базовую предметную функцию; 4) процессуальная самостоятельность следователя является ключевой характеристикой основного исполнителя функции применительно к конкретным актам преступного поведения и базового элемента любого объекта управления в системе ОПС вне зависимости от их ведомственной принадлежности; 5) характер, форма и содержание управляющих воздействий во многом определяются основными характеристиками предметной деятельности, выполняемой ОПС в целом.
Полагаем, что объектом теории управления ОПС является совокупность объективно существующих вне зависимости от воли и сознания исследования фактов, явлений, состояний, действий и процессов, в целом характеризующих общественные отношения, возникающие в рамках определенных социальных объектов в связи с формированием, оформлением и реализацией управляющих воздействий в отношении подразделений и должностных лиц государства, уполномоченных осуществлять функцию предварительного следствия и иные связанные с ней виды деятельности, а также аппаратов управления ими.
В качестве предмета теории управления ОПС выступает круг объективных закономерностей, обусловливающих сущность и содержание управления ОПС, отражающих устойчивые, постоянно воспроизводимые, объективно существующие причинно-следственные связи его систем и процессов.
Указанная совокупность закономерностей не является однородной. Одни из них по своей природе являются частными проявлениями общеуправленческих закономерностей, другие - возникают вследствие рассмотрения ОПС в качестве объекта управления со стороны того или иного государственного органа, третьи - характеризуют процессы и явления, присущие исключительно управлению ОПС.
Последняя группа закономерностей может быть подразделена на две группы: во-первых, присущие управлению в любом и каждом ОПС, во-вторых, на характерные только для управления определенным ОПС. Учитывая иерархичность подсистем ОПС в рамках любого государственного органа, можем предположить, что и общие, и специфические закономерности рассматриваемой группы могут быть классифицированы на подвиды в соответствии с имеющимися уровнями управления. Они, например, могут характеризовать разницу в формах, способах и методах реализации одних и тех же функций управления.
Предложенная классификация закономерностей, выступающих в качестве предмета теории управления ОПС, во многом будет определять структурное построение самой теории и базирующихся на ее основе учебных курсов. Знания о закономерностях осуществления управления на федеральном, окружном и региональном уровнях должны составлять содержание учебных дисциплин, преподаваемых на факультете федерального кадрового резерва и Высших академических курсах Академии управления МВД России. Результаты познания особенностей управления ОПС на районном уровне должны учитываться при подготовке учебных пособий для сотрудников, обучающихся на 2-м и 5-м курсах факультетов Академии управления МВД России.
Основанные на историческом анализе научных трудов предшественников и результатах собственного диссертационного исследования выводы автора, изложенные в настоящей статье, не претендуют на бесспорность для разрешения фундаментального вопроса об объекте и предмете теории управления ОПС. Полагаем, что высказанная точка зрения привлечет внимание исследователей и будет способствовать научной дискуссии.

Оставить комментарий




TPL_TPL_FIELD_SCROLL