Суббота, 11 Май 2013 16:13

Этапы становления Невско-Волжской криминологической школы

  • Автор(ы): Чураков А.В.
  • Информация об авторе(ах): Аспирант кафедры уголовного права РГПУ им. А.И. Герцена.
  • Информация о публикации: "История государства и права", 2007, N 15

Ситуация с преступностью в современной России может быть охарактеризована как глубоко кризисная, причем аналогичные процессы прослеживаются и в большинстве других стран планеты. На борьбу с ней тратятся огромные финансовые, организационные и людские ресурсы. Это приносит успех в вопросах противодействия конкретным преступлениям и нейтрализации конкретных преступников и преступных групп, вносит ясность в понимание причин, толкнувших то или иное лицо на преступление. Но остается открытым вопрос о причинах самого института преступности, мерах не столько борьбы с ее конкретными проявлениями, сколько профилактики преступности в целом. Работа над данной задачей традиционно возлагается на науку криминологию. В рамках этой науки существуют различные подходы, формируются научные направления, течения и школы.

О современной российской криминологии следует сказать, что в ней имеется три основных научных школы. Первую из них можно условно назвать диалектико-материалистической. Эта школа базируется на понимании преступления как результата взаимодействия свойств личности и конкретной жизненной ситуации, что было впервые сформулировано в трудах В.Н. Кудрявцева "Причинность в криминологии" (1968) и "Причины правонарушений" (1976). В.Н. Кудрявцев является автором скрупулезно разработанных представлений о проявлении причин преступности на индивидуальном уровне, уровне малых социальных групп и общесоциальном, о значении социальных противоречий для воспроизводства преступлений, что послужило благодатной теоретической основой для советской криминологии. Диалектический подход использован в Невско-Волжской школе для осмысления противоречий различных общественных институтов в качестве причин преступлений, совершаемых как внутри этих институтов, так и за их пределами. Также необходимо отметить школу, основателем которой является Ю.М. Антонян и которую условно можно назвать психологической школой. Эта школа при анализе причин преступности основное внимание уделяет психологическим факторам, что, безусловно, необходимо учитывать при изучении преступлений.
Следующий этап развития российской криминологии связан с возникновением Невско-Волжской криминологической школы, называемой также школой преступных подсистем. Зарождение этой школы произошло в 1976 г. в Ленинграде, что было связано с опубликованием статьи Д.А. Шестакова "Об одном из аспектов криминогенной ситуации", рассматривавшей причины совершения внутрисемейных убийств, за которой последовал ряд других работ того же автора по данной проблематике, в которых автор практически одновременно с западными учеными начал исследование проблем насилия в семье. Причем он пошел дальше своих зарубежных коллег в том отношении, что заложил основу новой отрасли науки о преступности, а именно семейной криминологии (криминофамилистики), а затем развил свои идеи до семантической концепции преступности, ставшей основой школы преступных подсистем <1>. Согласно этой концепции под преступностью следует понимать свойство человека, социального института, общества отдельной страны, глобального общества воспроизводить множество опасных для окружающих людей деяний, проявляющееся во взаимосвязи преступлений и их причин, поддающееся количественной интерпретации и предопределяющее введение уголовно-правовых запретов" <2>. Надо отметить, что эта концепция незамедлительно столкнулась с критикой, что, впрочем, только подтверждает ее высокий научный уровень. Критика велась по двум направлениям, условно названным самим автором концепции идеологическим и детерминистическим. Идеологическое направление критики было связано с отрицанием Д.А. Шестаковым, при объяснении им причин преступности, примата классовых противоречий <3>. На это сторонники концепции замечали, что и на самом деле отрицают основополагающую роль классовых противоречий в данном вопросе, хотя и согласны с наличием воздействия их на преступность наряду с аналогичным влиянием взаимоотношений других социальных групп. Согласно семантической концепции свойство воспроизводить преступления наблюдается у государств всех типов общественно-политических формаций. Впрочем, подобная критика типична для советского времени и сегодня потеряла свою актуальность. Что же касается возражений, относящихся к группе детерминистических, то суть их заключается в том, что, по мнению критиков, семантическая концепция преступности не дает четких указаний непосредственно на свойства преступности, и речь, таким образом, может идти, скорее, о признании семантической концепции преступности концепцией причин преступности <4>.
--------------------------------
<1> См.: Шестаков Д.А. Об одном из аспектов криминогенной ситуации // Вестник Ленинградского университета. 1976. N 11. С. 116; Шестаков Д.А. На криминологическом семинаре // Правоведение. 1981. N 2. С. 106; Понятие преступности в российской и германской критической криминологии // Правоведение. 1997. N 3. С. 108; т.п.
<2> Шестаков Д.А. Криминология. СПб.: Изд-во. Р. Асланова "Юридический центр Пресс", 2006. С. 135 - 136.
<3> Гришаев П.И. Структура полной причины преступности. М., 1984.
<4> Орехов В.В. Понятие и измерение преступности // Криминология. Общая часть: Учебник / Под ред. В.В. Орехова. СПб., 1992. С. 53 - 54.

В связи с этим встает вопрос о соотношении причин преступности, преступного множества и преступности как таковой. Этот вопрос находится на стыке криминологии и философии, но свой вариант ответа на него школа преступных подсистем тем не менее предлагает. По мнению представителей школы, преступность - это глубинная, закономерная предрасположенность и свойство отдельных людей, социальных групп и обществ воспроизводить преступления, преступное множество является внешним проявлением данного свойства, а причины преступлений выступают приводным ремнем, обеспечивающим наличие этого внешнего проявления. При этом преступность является лишь частью общего свойства общества и отдельных людей отстаивать свои интересы конфликтным путем. Таким образом, преступность из отдельного явления превращается в одну из закономерностей развития человеческой цивилизации. Как видим, сторонникам школы концепции преступных подсистем есть что ответить оппонентам. Помимо оригинальной базовой концепции школой выработан свой понятийный аппарат. Так, принципиально новыми являются разработанные Д.А. Шестаковым криминологическое понятие преступления, синдром Понтия Пилата, криминогенный и преступный законы, фикция, порождения законом преступлений.
В своей деятельности школа опирается на постулат о том, что преступность является неизбежным спутником цивилизации, она была, есть и будет, и поэтому, признав неизбежность сосуществования с ней, следует воздействовать на преступность с целью максимального ослабления негативных ее проявлений во внешний мир (конкретных преступлений) путем работы с причинами преступности. Также заслуживает особого внимания то, что в соответствии с концепцией школы преступлением может являться деяние, не указанное в качестве такового в законе (криминологическое понятие преступления), и, напротив, деяние, указанное в законодательстве в качестве преступного, на самом деле не наносит ущерба общественным отношениям (мнимое преступление). Градация проходит по вредоносности поступка для человека, причем основной круг преступлений с криминологической точки зрения очерчен задолго до возникновения писаного права ведущими мировыми религиями. Это понимание преступления позволяет Невско-Волжской криминологической школе изучать преступность в относительной независимости от политического положения и изменений в законодательстве конкретных стран в конкретных исторических отрезках. В выступлении Д.А. Шестакова 3 марта 2007 г. на заседании Санкт-Петербургского криминологического клуба в области криминологии закона была предложена концепция "нового криминологического либерализма", который этот автор связывает с изменением структуры глобальной власти. В современных условиях либеральные уголовно-правовые идеи, по его мнению, должны быть направлены своим острием против новой мировой власти, против внешней государственной и надгосударственной преступности. Д.А. Шестаковым предложены новые составы преступлений для внутреннего и международного права, которые призваны обеспечивать защиту суверенных государств от вмешательства, а также о праве задержания особо опасного преступника на территории чужого государства <5>.
--------------------------------
<5> Шестаков Д.А. Криминологический аспект деятельности частных военных компаний // Криминология: вчера, сегодня, завтра. Труды Санкт-Петербургского криминологического клуба. 2006. N 1(10). С. 226 - 229; Летопись клуба // Санкт-Петербургский криминологический клуб.

Таким образом, можно сказать, что в современной России наиболее разработанной является школа концепции преступных подсистем. Она предлагает свои оригинальные ответы на наиболее актуальные вопросы криминологии нашего времени, стоит в научном отношении на одном уровне с ведущими зарубежными разработками. Также школа намечает пути выхода из того тупика, в котором оказался традиционный подход к противодействию преступности, базирующийся на юридически оформленном наказании, обеспечивая сохранение наиболее удачных норм этой концепции и предлагая творческую переработку остальных. Ценность научных разработок сторонников семантической концепции преступности состоит в возможности на базе их работ определять меры в первую очередь профилактики преступлений в различных сферах жизни государства и общества и оперативно, но с должным уровнем научной фундаментальности их корректировать.

Оставить комментарий




TPL_TPL_FIELD_SCROLL