Пятница, 26 Апрель 2013 18:16

Юридические фикции в древних источниках права (историко-теоретический аспект)

  • Автор(ы): Танимов О.В., Баршова О.А.
  • Информация об авторе(ах): Танимов Олег Владимирович, доцент кафедры теории и истории государства и права ГОУ ВПО "Мордовский государственный университет им. Н.П. Огарева", кандидат юридических наук. Баршова Оксана Анатольевна, преподаватель кафедры государственно-правовых дисциплин Средне-Волжского (г. Саранск) филиала ГОУ ВПО "Российская правовая академия Министерства юстиции Российской Федерации", соискатель кафедры теории и истории государства и права ГОУ ВПО "Мордовский государственный университет им. Н.П. Огарева".
  • Информация о публикации: Танимов О.В., Баршова О.А. Юридические фикции в древних источниках права (историко-теоретический аспект) // История государства и права. 2011. N 13. С. 25 - 28.

В статье анализируется применение фикций в древних источниках права. Раскрывается сущность юридической фикции, основой которой является условность, т.е. принятие существующего положения за несуществующее и наоборот. Рассматривается понятие юридической фикции.

В истории научной мысли нередко можно увидеть многократное открытие одного и того же явления, повторение одних и тех же обобщений. В этих открытиях можно обнаружить одни и те же черты, а между тем не всегда идет речь о каких бы то ни было заимствованиях.
Термин "фикция" (fictio) имеет многовековую традицию. Применение фикции прослеживается в науке, в праве и законодательстве. В переводе с латинского языка "фикция" означает "выдумка, вымысел". Фикция выражается преимущественно с помощью конструкций "как бы", "как если бы", "допустим", "эквивалентно", "считается" и пр.
Мы не ставим перед собой задачу изложить и проанализировать все множество фикций в науке, в праве и законодательстве, ограничимся рассмотрением наиболее интересных.
В свое время святой Августин отмечал: "Время - река, полная событий. Ее течение уносит вперед. Стоит только чему-нибудь появиться, как его уже нет". Следует заметить, что течение времени неравномерно, зависит от состояния движения наблюдателя. Ньютон говорит, что время движется равномерно от одного мгновения к другому. Однако такое воззрение было подвергнуто сомнению. Так, Лейбниц считал, что время - язык, который позволяет связать друг с другом разные события. В мире без изменений, т.е. без событий, не будет и времени.
По Эйнштейну, течение времени становится зависящим от системы. Эйнштейн вывел формулу физики: Е = mc2, согласно которой энергия и масса, различные формы одного и того же вещества, обе эквивалентны друг другу <1>.
--------------------------------
<1> Фрицш Х. Гений столетия Альберт Эйнштейн // Deutschland. 2004. N 6. С. 12 - 16.

Вышеприведенные научные и философские понятия не имеют теоретической ценности, но практически и "биологически" важны. Они, на наш взгляд, подтверждают существование фиктивного в физике. Фиктивный характер состоит в том, что допускается условность при отождествлении таких неравнозначных понятий, как "время" и "река", "время" и "язык", при определении движения времени от одного мгновения к другому и зависимости времени от системы, при рассмотрении природы гамма-фактора, при соотнесении "энергии" и "материи". Еще Х. Файхингер приходил к выводу о невозможности познания действительности как она есть "на самом деле". Посредством применения данных фикций реализуется потребность подчинения человеческого общества определенным нормам, устанавливающим в нем внутренний порядок. Следовательно, если воссоединить все сказанное, то получается крайне парадоксальная картина, в которой скорость света, само время, пространство, энергия, материя выражены посредством таких конструкций, как фикции.
Именно поэтому категория "правовая (юридическая) фикция" продолжает оставаться одной из самых неоднозначных в правовой литературе и нуждается в научном внимании и переосмыслении.
Несмотря на то что различными авторами даются дифферентные определения термина "правовая (юридическая) фикция", такие определения в большинстве своем обладают рядом схожих основополагающих признаков. В их число входит: отнесенность фикции к "приему юридической техники" <2>; "заведомая неистинность" <3>, "заведомая условность"; "способность фикций вызывать друг друга"; "особое целевое назначение в механизме правового регулирования общественных отношений" <4>; "мнимость", "ложность", "измышленность" <5>; "широкое использование фикции в различных отраслях знаний, универсальность" <6>; "закрепленность в законодательстве"; "неопровержимость" <7>; "признание юридически значимым какого-либо события, которое реально, возможно, не существует" <8>; использование в качестве "временного вспомогательного понятия" <9>.
--------------------------------
<2> Морозова Л.А. Теория государства и права. Повторительный курс в вопросах и ответах. М.: Норма, 2005. С. 223.
<3> Головистикова А.Н., Грудцына Л.Ю. Толковый словарь юридических терминов. М.: Эксмо, 2008. С. 400.
<4> Танимов О.В. Юридические фикции и проблемы их применения в информационном праве: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2004. С. 8.
<5> Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений / Российская академия наук. Институт русского языка им. В.В. Виноградова. 4-е изд., доп. М.: ООО "ИТИ Технологии", 2003. С. 852; Крысин Л.П. Толковый словарь иноязычных слов. М.: Эксмо, 2005. С. 826.
<6> Теория права и государства: Учебник / Под ред. проф. В.В. Лазарева. 2-е перераб. и доп. изд. М.: Право и закон, 2002. С. 254.
<7> Тихомирова Л.В., Тихомиров М.Ю. Юридическая энциклопедия. 5-е доп. и перераб. изд. М.: Тихомирова М.Ю., 2006. С. 907.
<8> Васильев А.В. Теория права и государства: Учебник. 4-е изд., доп. и перераб. М.: Флинта; МПСИ, 2005. С. 149.
<9> Философский энциклопедический словарь. М.: ИНФРА-М, 2005. С. 480.

Делается вывод, что под правовой фикцией следует понимать "несуществующее положение, признанное законодательством существующим и ставшее в силу этого общеобязательным" <10>.
--------------------------------
<10> Теория права и государства: Учебник / Под ред. проф. В.В. Лазарева. 2-е перераб. и доп. изд. М.: Право и закон, 2002. С. 254; Морозова Л.А. Теория государства и права. Повторительный курс в вопросах и ответах. М.: Норма, 2005. С. 223; Теория государства и права: Учебник / Под ред. В.К. Бабаева. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юристъ, 2007. С. 379; Рассказов Л.П. Теория государства и права: Учебник для вузов. М.: РИОР, 2008. С. 363.

Фикция как особый технико-юридический прием правовой регламентации общественных отношений представляет собой, таким образом, социальную категорию, с помощью которой сознательно созданное мнимое, вымышленное положение объявляется существующим и приобретает обязательный характер в силу отражения его в законе. Фикция закрепляет надуманный, противоречащий действительности факт, не имеющий под собой реальной основы, с тем чтобы затем из этого искусственно сделать какие-либо юридические выводы.
Таким образом, юридическая фикция - это универсальный технико-юридический прием разработки и реализации норм права, состоящий в признании несуществующего положения существующим и наоборот, имеющий особое целевое назначение в механизме правового регулирования общественных отношений и являющийся одним из способов преодоления состояния неопределенности в правовом регулировании <11>.
--------------------------------
<11> Танимов О.В. Система юридических фикций в современном российском праве // Вестник Российской правовой академии. М.: РПА МЮ РФ, 2007. N 1. С. 14.

Анализ законодательства позволяет сделать вывод о том, что фикции были известны Древнему Востоку, римскому праву, древнерусскому праву, англо-американскому праву, являются предметом изучения современного российского права.
Обратимся к правовым источникам древности. В Древнем Востоке юридические фикции можно встретить в Законах Хаммурапи (1792 - 1750 гг. до н.э.). К примеру, в параграфе 7 ст. 17 Свода законов Хаммурапи сказано: "Если человек купит из руки сына человека или из руки раба человека без свидетелей и договора или возьмет на хранение либо серебро, либо золото, либо раба, либо рабыню, либо вола, либо овцу, либо осла, либо что бы то ни было, то этот человек - вор, его должно убить" <12>. Тем самым Законы Хаммурапи причисляли к ворам лиц, фактически ими не являвшихся, поскольку в соответствии с реальными фактами человек, купивший (взявший) что-то, на самом деле вором (в полном смысле этого слова) не является.
--------------------------------
<12> Хрестоматия по истории государства и права зарубежных стран: В 2 т. / Отв. ред. Н.А. Крашенинникова; сост. О.Л. Лысенко, Е.Н. Трикоз. М.: Норма, 2003. Т. 1. Древний мир и Средние века. С. 17.

В римском праве определение юридической правовой фикции отсутствовало. Так, римский юрист Яволен Прискус указал: "Всякое определение в гражданском праве опасно, ибо мало случаев, когда оно не может быть опровергнуто" <13>. Отсутствие определения фикции компенсирует богатый практический материал, который стал предметом изучения большой группы исследователей <14>. Из всего многообразия юридических фикций, существовавших в римском праве, можно выделить следующие: считается невозвращенной та вещь, которая возвращается поврежденной; лицо не могло претендовать на возмещение ущерба, если оно само было виновато в его причинении; непонятные слова в завещании считаются ненаписанными. Эти фикции действовали в различных областях римского права, способствовали регулированию быстро изменяющихся отношений и достижению целей, запрещенных римским правом.
--------------------------------
<13> Черниловский З.М. Лекции по римскому праву. М.: Юридическая литература, 1991. С. 50.
<14> Бартошек М. Римское право. Понятия. Термины. Определения. М.: Юридическая литература, 1989. 448 с.; Муромцев С.Л. Гражданское право Древнего Рима. М.: Тип. А.И. Мамонтова и Ко, 1883. 697 с.; Дигесты Юстиниана. Т. III / Отв. ред. Л.Л. Кофанов. М.: Статут, 2003. 780 с.; Гай. Институции. Кн. 1 - 4 / Под ред. Л.Л. Кофанова, В.А. Савельева. М.: Юристъ, 1997. 362 с.; Мэн Г.С. Древнее право, его связь с древней историей общества и его отношение к новейшим идеям. СПб.: Д.Е. Кожанчиков, 1873. 320 с.; и др.

Примером фикции в древнерусском праве может послужить формулировка ст. 2 Краткой редакции текста по академическому списку "Русской Правды" (перевод Б.Б. Кафенгауза) <15>: "Если придет на суд человек, избитый до крови или в синяках, то не надо искать свидетеля, но если не будет на нем никаких следов побоев, то он должен привести свидетеля. Если он не может привести его, то делу конец. Если потерпевший не может мстить за себя, то пусть возьмет с виновного 3 гривны и сверх того плату лекарю". Данная конструкция условна. В указанном случае фиктивным будет вывод суда об установлении или опровержении факта, по которому не допрошены свидетели, не произведено освидетельствование, не были предоставлены дополнительные доказательства причастности лица к совершенному преступлению против жизни и здоровья. Фиктивно положение и об определении размера компенсации морального вреда, причиненного потерпевшему. Почему потерпевший, имея право мести в соответствии с данной нормой в случае отсутствия возможности мести, не вправе потребовать с виновного возмещения в размере 5, 10, 15 гривен? Очевидно, что выводы суда могут не совпадать с реальной действительностью (не установлен факт причастности именно данного лица к данному деянию, не допрошены свидетели, не произведено освидетельствование и др.).
--------------------------------
<15> Хрестоматия по истории государства и права России: Учебное пособие / Сост. Ю.П. Титов. 2-е изд., перераб. и доп. М.: ТК Велби; Проспект, 2008. С. 4.

В рассматриваемом случае фикции упрощают производство по делу, сокращают ход и объем доказательств, учитывают судом позицию лишь одной из спорящих сторон, но и в данном случае они необходимы, чтобы осуществить правосудие по делу.
Согласно ст. 38 Краткой редакции текста по академическому списку "Русской Правды" (перевод Б.Б. Кафенгауза) <16>: "Если убьют вора на своем дворе или у клети, или у хлева, то за это не отвечают как за убийство, если же вора держали до рассвета, то привести его на княжеский двор на суд. Но если вора убьют, а люди видели его связанным, то надо платить за него". То есть в первом случае, когда лишение жизни происходит на территории собственника сразу на месте преступления, это не считается убийством (условно), а во втором - считается убийством (т.е. нарушением закона), если смерть наступила не сразу, а после поимки и связывания вора. Перед нами "многоуровневая", сложная фикция, которая характеризуется заведомой условностью, неопровержимостью (данное утверждение в силу его нормативного закрепления категорично и императивно), служит специальным средством правового воздействия на общественные отношения.
--------------------------------
<16> Там же. С. 7.

Одним из примеров фикции был и остается институт представительства.
Обычно каждый человек действует только за себя и сам несет последствия своих действий. Вместе с тем право допускает, что сделка может быть заключена одним лицом (представителем) от имени другого (представляемого), при этом ее юридические последствия переходят непосредственно на это другое лицо (представляемого).
К данным фактическим отношениям применяются чуждые их природе юридические начала <17>.
--------------------------------
<17> Нерсесов Н.О. Избранные труды по представительству и ценным бумагам в гражданском праве. Классика российской цивилистики. URL: http:// download.nchti.ru/ libr/ books/ Right/ ClassicOfRussianCivilistic/ Elib/ content_nersesov.htm.

Сам факт фикции заключается при представительстве в том, что совершение юридических действий и наступление его последствий, обыкновенно соединенные в одном лице, разделяются: представитель в пределах имеющихся у него полномочий от имени и в интересах представляемого, выполняет действие, а последствия (создание, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей) переходят на представляемого.
Представительство свидетельствует об абстракции права: оно является понятием искусственно созданным, результатом развитого юридического мышления <18>.
--------------------------------
<18> Нерсесов А.Н. Юридическая библиотека. Представительство и ценные бумаги в гражданском праве. URL: http:// www.exjure.ru/ law/ news./ php?newsid=606.

Право как бы создает определенную иллюзорную форму, в которой люди предстают между собой в разных статусах, выполняя разные социальные роли.
Элементы института представительства содержит в себе и Новгородская судная грамота. Так, в ст. 5 Новгородской судной грамоты сказано: "А сажати в суду по два человека; а кто кого в суду посадит, ино тот с тем и ведается. А посадника и тысецкого и владычня наместника и их судей с суда не сбивати" <19>.
--------------------------------
<19> Российское законодательство X - XX веков: В 9 т. / Под общ. ред. д.ю.н., проф. О.И. Чистякова. М.: Юридическая литература, 1984. Т. 1. С. 304.

В современной интерпретации эта норма звучит так: "Ответчик или истец, имевшие представителей в судебном процессе (а кто кого в суду посадит, ино тот с тем и ведается), должны были иметь дело только с ними". Данная статья связана с судебной реформой в Новгороде 1385 г., когда новгородцы решили ввести в состав суда по два боярина и по два житьих человека от каждой стороны.
Об этом же говорит и Никоновская летопись (1385 г.): "А посаднику и тысяцкому судите свои суды, по Русскому обычаю, по целованию, а на суд пошлите двема истцом по два боярина и по два мужа житейска от каждой страны" <20>. Представительству характерны признаки, присущие правовой фикции: универсальность (применение не ограничено историческими рамками, рамками одной правовой системы), нормативное закрепление и правовая охрана юридической фикции; неопровержимость юридической фикции в силу законодательного использования; заведомая условность (сознательное признание несуществующего в реальности существующим); особое назначение в механизме правового регулирования.
--------------------------------
<20> Там же. С. 311.

Далее в ст. 14 Новгородской судной грамоты говорится: "А кто на ком какова дела поищет, а креста не целовав на сей грамоте: ино крест поцеловав одинова да искать: а кому будет отвечивать, а креста не целовав на сей грамоте, ино ему крест поцеловав да отвечать, а не поцелует креста, тем его и обвинить"; в ст. 15 Новгородской судной грамоты: "А от коего истца ответчик станет на суд, а истец тот будет креста не целовал на сей грамоте, ино тому истцю крест целовать одинова, а ответчику в его место отвечивать; а не поцелуе креста, ино тем его и обвинить" <21> - говорится о порядке принесения присяги перед началом процесса. Присяга приносилась путем целования креста на Новгородской судной грамоте. Таким образом, это было не обычное крестоцелование, а присяга (обязательство) выполнять требования Новгородской судной грамоты. Если одна из сторон отказывалась совершить указанную процедуру, она проигрывала процесс. Это положение о процедуре приведения к присяге явно фиктивно. Как поступить суду в случае отказа совершить указанную процедуру обеими сторонами? Вместо того чтобы рассмотреть дело по существу, суд посредством фикции выносит решение по существующей уже норме. Складывается ложное и неправильное представление о реальных вещах. Ведь отказавшаяся от совершения указанной процедуры сторона вполне могла выиграть в процессе. Тем самым признается то, чего может и не быть в действительности.
--------------------------------
<21> Там же. С. 305.

Проанализировав нормы древних источников права, таких как Законы Хаммурапи, "Русская Правда", Новгородская судная грамота, различные отрасли римского права на предмет применения категории фикции, можно прийти к выводу о том, что, несмотря на разность в религиозных воззрениях, менталитете, геополитических факторах, фикции пронизывают все сферы общественной жизни и прочно вошли в качестве регуляторов в систему древних правовых источников на ранних этапах их формирования.
Кроме того, примечательным является тот факт, что у народов, имеющих в контексте рассматриваемого периода более высокий уровень развития, в том числе и права, наблюдается более гармонично выстроенная система фикций в праве. Пример тому - источники классического римского права в противовес "Русской Правде".
Теория фикции (фикционная теория) юридического лица впервые сформулирована в 1245 г. папой римским Иннокентием IV. Он заявил, что корпорация (юридическое лицо) не имеет души, а существует лишь в воображении людей, будучи persona ficta, т.е. фиктивным, не существующим в реальности лицом <22>. Между тем другой папа - Иоанн XXII - признал, что, хотя корпорация как юридическое лицо не имеет души и у нее нет подлинной личности, она все-таки имеет фиктивную личность в силу юридической фикции и в силу этой же фикции имеет душу и потому может совершать правонарушения и может быть подвергнута наказанию <23>. Действует не само юридическое лицо, а только его члены, так как само оно является отвлеченным понятием, бестелесной вещью, неспособной ни к волевым, ни к физическим актам. Рассматриваемая теория в своем нечетком выражении нашла свое применение и являлась одной из основных в этой области и в древние века.
--------------------------------
------------------------------------------------------------------
КонсультантПлюс: примечание.
Учебник "Гражданское право: В 4 т. Общая часть" (том 1) (под ред. Е.А. Суханова) включен в информационный банк согласно публикации - Волтерс Клувер, 2008 (3-е издание, переработанное и дополненное).
------------------------------------------------------------------
<22> Гражданское право: Учебник: В 2 т. / Отв. ред. Е.А. Суханов. М.: БЕК, 1998. Т. 1. С. 172.
<23> Гражданское право России. Общая часть: Курс лекций / Отв. ред. О.Н. Садиков. М.: Юрист, 2001. С. 160, 161.

Против юридических фикций выступал Г.Ф. Дормидонтов: "...фикции вводятся вопреки истине и имеют силу иногда устранять истину" <24>. Фикция - антипод закона, категория социально-психологическая, политико-идеологическая и правовая, ее сущность состоит в отчуждении закона от интересов общества. Эта сторона понятия юридической фикции остается не разработанной в правовой науке. Негативное понимание фикции прижилось в формулировках правовых норм: "лжесвидетельство", "фиктивная сделка", "фиктивный брак", "фиктивный обмен", "фиктивное банкротство", "фиктивная норма".
--------------------------------
<24> Дормидонтов Г.Ф. Юридические фикции и презумпции. Классификация явлений юридического быта, относимых к случаям применения фикций. Казань: Типолитография Императорского университета, 1895. С. 2.

Заметим, что употребление данной категории уместно не только в негативном, но и в положительном смысле.
Х. Файхингер - основоположник гносеологической теории, учения "Философия как если бы" придавал фикциям положительное значение. Фикции - суть сознательно-ложные понятия и представления, т.е. такие понятийные предпосылки познания, которые являются неотрицательным побочным результатом исследования, а наоборот, сознательно применяемыми его средствами. Фикции полезны в достижении искомого результата <25>.
--------------------------------
<25> Солонин Ю.Н. К проблеме европейского пессимизма как явления философии и культуры // Метафизические исследования. N 4. СПб., 1997. С. 13.

В результате изучения исторического аспекта юридических фикций в древних источниках права мы пришли к выводу о том, что фикции пронизывали все сферы общественной жизни в качестве активных регуляторов отношений в системе источников права древнего мира. При этом, несмотря на то что они прочно использовались в древних источниках права, интенсивность и степень построения системы их применения разнятся вследствие дифферентных путей развития цивилизаций рассматриваемых государств.
Исследование различных подходов к определению понятия юридической фикции в российской правовой науке позволило утвердиться во мнении о том, что юридическая фикция - это универсальный технико-юридический прием разработки и реализации норм права, состоящий в признании несуществующего положения существующим и наоборот, имеющий особое целевое назначение в механизме правового регулирования общественных отношений и являющийся одним из способов преодоления состояния неопределенности в правовом регулировании <26>.
--------------------------------
<26> Танимов О.В. Система юридических фикций в современном российском праве // Вестник Российской правовой академии. М.: РПА МЮ РФ. 2007. N 1. С. 14.

В заключение отметим: нельзя не согласиться с мнением И. Зайцева о том, что "фикции целесообразны, разумны и поэтому нужны" <27>. И как показывает реальность жизни и юридическая практика, с помощью широкого применения фикции возможен прогресс в развитии науки, права и законодательства.
--------------------------------
<27> Зайцев И. Правовые фикции в гражданском процессе // Российская юстиция. 1997. N 1. С. 35 - 36.

Оставить комментарий




TPL_TPL_FIELD_SCROLL